воскресенье, 21 июля 2013 г.

Vas ‎– Sunyata



Vas – Sunyata
Narada Equinox, 1997


В далекой стране под покровом ночи, в легком свечении раскинутых шатров, в бархатистых прикосновениях золотых песков, в голубовато-серебристом сиянии лунных камней нараспев расправляет свои руки-крылья певчая дева Жар-птица, запертая искушенным шахом в клетке ювелирной работы, что сплетена из тысячи тоненьких платиновых прутьев. Ветвящиеся узоры, изображающие Древо жизни, выложенные из хрупкого цветного стекла, украшают неземной красоты ловушку. Они начинают светиться ярче солнца, раскалываясь на мельчайшие кусочки, обращаясь в радужную пыльцу, в тот миг, когда плененное волшебное создание своим нежным голоском призывает образы исчезнувших принцесс, превратившихся по доброй воле в русалок, отдавших предпочтение темным морским глубинам, нежели нелюбимым, за которых на земле их хотели выдать замуж.

Словно накручиваясь на острейший колышек веретена, выразительные черты красавиц перетекают друг в друга, подобно эликсирам молодости какой-нибудь чародейки. На острейший серебряный колышек веретена намотана теперь их судьба, их рубиновые сердца источают блеск семи морей, и, сверкнув последний раз, каменеют у берегов неподъемными валунами. Узнав в одной из мелькающих историй свою горячо возлюбленную, шах, не помня самого себя, без оглядки кидается в пучину восточных сказок и навсегда остается затерянным в лабиринтах времен.

В ласкающих слух балладах, усыпляющих, подобно белладонне или дурману, извиваются мелодии альбома Sunyata коллектива Vas, обратившихся в своем творчестве к иранским народным музыкальным традициям. Легчайшие, невесомые переливы звуков персидских барабанов и вокала схожи сплетениям шелкопряда, мягко сматывающего белесые ниточки своими бисерными лапками. В песенных шелках разлетаются соловьи, зачинающие свои восхитительные трели на закате минувшего дня. В сгущающихся сумеречных красках проплывает по небу женский силуэт, объятый темными тканями, и разбрызгивается фейерверком, вспыхивает звездами Ориона.

Вместе с грациозными движениями смуглой танцовщицы, чья персикового оттенка кожа овеяна воздушными поцелуями кисеи, сливается высокий голос, рассеивающий на покатом полотне ночных наблюдений гущу туч и туманов, что мешают рассматривать Подлунную во всей ее красе. Тогда преклонного возраста звездочет, чья длинная седая борода спадает до полов каскадами водопадов, настраивает телескоп, внимательно всматриваясь в ясную, как зеркало, полную неизведанных светил ночь. Он предсказывает будущее на много-много лет вперед и, высказывая последние открывшиеся ему видения, вовсе пропадает в серой дымке, словно какой-нибудь Старик Хоттабыч или волшебный джинн.

Музыка, источающая ароматы восточных сказаний, расцветает жасмином, теряется в запахе кустарников с сочными бутонами пурпурных роз. Несомненно, это песни стихии воздуха. Только с чем-то весьма пластичным, подобно облаку, можно сравнить мотивы, оставляющие послевкусие духов с цитрусовой или цветочной ноткой. Похожие на стекающие с деликатно выплетенной паутины росинки, композиции одна за одной сливаются в капельку парфюма, падающую на ладонь слушателя, который смог уловить этот ненавязчивый запах.

Комментариев нет:

Отправить комментарий