пятница, 27 февраля 2015 г.

VelgeNaturlig ‎– Húmus


VelgeNaturlig ‎– Húmus
Gterma, 2013

Храм Природы

Таинственный гул пещер давно манил меня. Так часто можно было уловить эти вязкие, тягучие звуки, появляющиеся словно из ниоткуда, которые вплетались в мое собственное существо, подобно многолетним растениям, диким травам, упругим лианам. И вот я здесь, в самой сердцевине природного Храма, где журчание воды, стекающей по его отвесным каменным покровам, укутанными живым темно-зеленым налетом, звучит, словно приятнейшая музыка: так же проникновенно, так же умиротворяюще. Уже очень долгое время, сдается, несколько вечностей подряд, мне неведомы ни день, ни кромешный ночной омут – здесь существует одно единственное время суток: плодородие, процветание, всеразмеренность. Я смотрю прямо в дальновидные и прорицательные очи Вневременности, и передо мной пролегает весь мой путь от ломкого и такого уязвимого проростка, улавливающего солнечные поцелуи в оранжерее, до первозданного, непрерученного, дикорастущего соцветия непроходимых земель. Растение-отшельник, питающееся уединением в темной воронке подземного хода, обрело внутренний Гумус и переродилось в Древо Жизни. 

Расскажи какую-нибудь легенду, приют моего бессмертия. Что отразилось в шепоте первой на свете реки, что устремила свои потоки под твои нерушимые своды? Если попросить глухую юдоль подземельного дворца, походящего внутренним убранством на усыпальницу древней пирамиды, поведать какой-то миф, то сказание может затянуться на тысячелетия, ведь пещеры живут по-своему, вне временных промежутков. Их медленный, раскатистый тон утягивает в забытые Богами гроты, где из изгибов кореньев всех-всех деревьев, чьи макушки выглядывают из-под земли и касаются неба, выплетается истинный облик оживленной планеты, где человеческое существо так же приняло облик дерева, лишенного корней, но хранящего их зачатки глубоко в своем сердце. 

Легенда о том, как человек обрел утерянные корни

Свершился миг, когда в чертоги мои забрела душа, объятая музыкой, словно ароматами бурной растительности, произрастающей в чужеродной этой местности стране. И она, бесприютная душа, начала петь так испещряюще, что стены этих нерушимых высочайших гор стали осыпаться изнутри, пока полностью не разрушились и не воздвиглись заново. Эту пронзительную песнь не забудет здесь никто и никогда, так как даже любая весенняя почка сгущает свой лиственный нектар под эти заповедные мелодии. Казалось, это звучала тоска по бездонной космической вышине, в которой, как в неизмеримом мировом котле, дрейфуют созвездия. Песнопение длилось нескончаемо, будучи растянутым на века – и все вокруг разрушалось, и все вновь оживало. Вместе с довершением музыки затухал огонек жизни, и бренное тело срасталось со здешней благоденствующей флорой, утопая в узорах неукротимого плюща. Когда тянулись последние мгновения, грянули финальные ноты: высохла и гора, и испустился дух, выскользнув из своего тлеющего сосуда, отныне затерянного среди нитевидных мхов, и возвездился высоко-высоко в образе Сириуса. 

Так человек обрел утерянные корни. Чтобы услышать мотив этой песни, следует лишь приложить ухо к земле, полюбив ее при этом пламенно, всем своим естеством, пожертвовав ей свой прах и кости – так и слиться с ней. Куст вроде шиповника с алыми плодами взойдет на том месте, или в небе вспыхнет новоявленная звезда, искрящийся блестяще-белым светом маяк Вселенной, по которому будут ориентироваться остальные странники.

Музыка в альбоме португальского проекта VelgeNaturlig – ‎Húmus может посвятить своих слушателей в тайны укромной жизни бурного океана растительности, пролегающего в дебрях необитаемых горных веретепов, жерло которых упирается в смиренную, покоящуюся под ними земную твердь. Звучат неведомые мифические рассказы, но и витают здесь ноты безмолвия, которые в этом дольнем мире так же легко ощутить, как и уловить такие звуки в своей душе. Даже всевидящее Солнце не ведает местных глубин, потому что не проникает в это пространство ни единая частичка света. Звуковые волны становятся настолько густыми и осязаемыми, что можно как сквозь некий портал переместиться вместе с музыкой в водоворот безлюдной темноты, где обитают притаившиеся растения, и лицезреть хоровод собственных отражений, появляющихся на глади небольшого беззвучного ручейка. Откуда-то сверху сочится вода, капля за каплей проникая в это лишенное всякого доступа место. И очертания, казавшиеся в некоторое время очень знакомыми, переходят не то в жидкое состояние прозрачных водных потоков, не то в кристаллическую структуру окружающей каменной капсулы, в не то в гибкий стебель уже обвившегося вокруг запястья вьюна. Каким образом здесь очутился слушатель? Музыкальное развоплощение превратило его в цветущий тихим пребыванием побег растения, которое врастает каждой своей клеточкой в подлинный гумус. 

Туман и вода, вода и туман, все рождается из почвы, к ней же примыкает, с ней же воссоединяется в итоге. Прародитель Гумус. Воздух и свет, свет и воздух – то, что принадлежит небу, к нему же возвращается. Корни, пущенные на планете Земля, тянутся своими стволами, своим свободным основанием в бесконечную даль.

Комментариев нет:

Отправить комментарий