Creation VI – Samhain Lights

Creation VI – Samhain Lights
ΠΑΝΘΕΟΝ, 2015

Ночной рассвет – сокровенное время для таинственной музыки, расстилающейся туманом вдоль приглушенных земель. Над городами и поселениями восстает из мертвых луна, ее свет разливается глубокими озерами: если в них окунуться, можно навсегда остаться невидимым, неслышимым, и только звучание кротких колокольчиков может напомнить о присутствии поблизости какой-то души, затерянной в ночном омуте. Блеск лунных морей отражается бликами-призраками от водной глади – перед глазами мелькают образы древних времен, беспокойные лица людей, сгинувших когда-то в глухих лесах в поисках серебра и сокровищ, погребенных лунным светом на дне глубоких водоемов.

Над верхушками деревьев вырисовываются письмена давно ушедших дней. Молчаливый лесной волшебник, похожий больше на друида или лешего, готовится войти в лес. Это знаки предостережения или это символы, указывающие путь к каким-то секретам? Стволы деревьев расступаются перед входящим и тут же выпрямляются, скрывая тайную тропу. Шагая по сырой траве, маг замечает, что то тут то там зажигаются маленькие угольки, играющие разноцветными оттенками. А за каждым приземистым валуном слышится топкий шепот, зазывающий утонуть в изумрудной гуще болота. Друид выходит на светлый берег, освещенный не то факелами, не то ночным светилом, и видит, что где-то вдали на другой стороне теплятся странные огни, которые он в самом начале принял за тайное письмо. Но как же туда добраться? Укажет ли верную дорогу к Огням Самайна тихая музыка, что звучит в облаках расплывающегося всюду тумана?..

bandcamp
listen at vk.com
label page

Creation VI & Ugasanie – Птицы Наукана (Birds Of Naukan)

Creation VI & Ugasanie – Птицы Наукана (Birds Of Naukan)
Zhelezobeton/ΠΑΝΘΕΟΝ, 2015

Вечные сумерки, запечатлевшие цветовую палитру уходящего дня, окутали изменчивое, ранее подвижное пространство – дыхание застывшей стихии стелется темными травами по морозной земле. Время, которое принадлежит окаменелостям и высоким скалам, возвышающихся над всей непрерывной долиной, давным-давно утонуло в океане, ледяные воды которого раз за разом разбиваются о каменные стены страны, находящейся во всевластии северных духов. Неземных размеров выступы напоминают всем своим видом древних Великанов, обитающих когда-то на этих необъятных забытых просторах. Они обращаются не то в широкопалых китов, не то в гигантских птиц, которые слетаются на нарастающие длительные звуки бубна – его ритмы призывают солнечное око, выкраденное однажды с неба Великанами, любующихся на него теперь в одиночестве своих пещер – оттого их сердца каменеют век от века, бесконечность за бесконечностью, и все вокруг остается таким же невообразимо холодным: в этот же оттенок окрашивается вездесущая Вечная мерзлота.

Звуковые ощущения-миражи, навеянные альбомом Птицы Наукана проектов Creation VI & Ugasanie, врастают во все существо, подобно костям китов, что образуют китовую аллею на дальних чукотских берегах. И чудится, и чувствуется, что расстояния тают под воздействием такой всепроникающей музыки. В одно мгновение можно оказаться среди воющей вьюги, за снежной пеленой которой будут мерещиться-проглядываться скелеты огромных многовековых животных. Можно подумать, будто бы все лишь грезится, но если подойти ближе, станут явью все видения, все происходящее, ведь впечатления познаются слушателем, переживающего музыкальный полет в глубине своей души – именно он простирает объятия рук, уподобленным крыльям, и пролетает над всей Вселенной примкнув к стае таинственных Птиц Наукана, в закатных очах которых становится возможным узреть и изведать большое число стародавних историй.

Сказание о Песне Неба, сошедшей на землю в морские глубины 

и обернувшейся Синим китом

  Если приблизиться к небесной высоте настолько, что можно было бы подуть на белизну облаков и она тут же растворилась бы, то услышишь прозрачную музыку, похожую на ту, что доносится из снов, похожую на ту, что воспроизводит солнце, когда тают снега и пробиваются к свету глаза новорожденных растений. Сложно передать это в словах, не поймешь, если не уловишь эти засекреченные бытием мотивы. В этой бескрайней вышине обитает Песня-птица, вовсе не доступная взору. Но в том случае, если она подлетает вплотную, и взмахи ее крыльев становятся хорошо различимыми, то ее тоненький голосок начинает звучать откуда-то изнутри, она словно пролетает насквозь тело – ее невесомость и протяжная певучесть делает в этот момент душу такой же внеземной и безграничной, подобно звучанию поднебесных высот. 

  Песня пронизывает все стороны света и тьмы, она достигает низины и восходит недосягаемой звездой, чье свечение напоминает всем существам о чем-то нетленном и вечном. 

  Не стоит искать ее все там же, за пределами видимости, ведь она уже много тысячелетий назад обронилась в море и стала Синим китом, распевающим свои подводные безбрежные мелодии. Тогда появился юг и север, тогда разделились душа и тело, и человек уже не в силах взмывать под звездный купол. Но, может быть, когда-то во сне или вместе с какой-то сокровенной музыкой ему удастся повторить этот давний опыт вновь. 

Потусторонняя и в действительности шаманская работа, совместно явленная проектами Creation VI & Ugasanie, посвящена необычайным святилищам северных народов, китовой аллее. Здесь слышатся и голоса морских гигантов, в глубокой древности отправившихся в загробное плавание, и ритуалы шаманов, что постигают видимые невидимые измерения, и тихий шепот крылатых созданий, заговоривших на человеческом языке единственный раз, хранивших молчание с начала времен. Гул промозглых ветров расщепляет сознание до малейшей песчинки, обратившейся снежинкой, которая исчезнет с появлением первого солнечного луча. Воздух, которым становится невыносимо дышать, улавливает последний выдох, и дух тут же отчаливает в путешествие, длиною в безвременность, длиною в первый луч, который еще не успело проявить божество, таящееся в ядре Солнца. 

В хаотичном танце колдуна угадываются закономерности рождения и смерти, преобразования темноты в свет и наоборот. Где сейчас находится то, что называется его душой? Он ли вернется из мира теней обратно в мир людей?..

И снова слышу я

   За полосой тумана

        Смятенье сотен крыл

         В рассветной тишине.

 То в памяти моей

     Все птицы Наукана

   Слетаются ко мне,

    Слетаются ко мне!.

                            (Зоя Н.)

 

 

Релиз издан тиражом 80 копий на pro-CDR, первые 20 экземпляров помещены 

в рукодельную коробочку, декорированную льняной тканью и травами,

внутри – глиняный кулон и несколько открыток так же ручной выделки

ΠΑΝΘΕΟΝ listen/buy

Zhelezobeton listen/buy

listen at vk.com

Strom Noir – ΕΣΟΠΤΡΟΝ

Strom Noir – ΕΣΟΠΤΡΟΝ
ΠΑΝΘΕΟΝ, 2015

В помещении чердака, забытом временем, осязаемый солнечный свет прорывается сквозь пелену теней, и будто бы по мановению некого движения запускается пыльный магнитофон, притаивший любимую его механическому сердцу сокровенную пленку с диковинной, исключительной музыкой. Заповедные ноты оживляют глухоту затерянной комнаты, и все самозабвенные вещицы начинают выглядеть так, какими они были много лет назад, еще когда большой дом благоухал жизнью. Здесь и чудаковатые воздушные змеи, и блистающий новизной велосипед, и чемодан с красочными открытками, и большой телескоп, заглянув в который можно обнаружить бесконечность Вселенной...

Новый альбом словацкого проекта Strom Noir в пластичных переливах эмбиента, кажется, отражается во всем пространстве. Звучание, будучи таким плавным и грациозным, в многогранной цветовой гамме наполняет окружающую действительность. Как разворачиваются и складываются музыкальные орнаменты, так и мир вокруг в неспешных трансформациях соединяет в одно целое все разрозненные частицы, обилие красок и оттенков. Теперь перед глазами предстает полная картина, и, словно бы синтезируя свои собственные ощущения, слушатель начинает буквально «рассматривать звуки». Такая переменчивая, словно порывы ветра, музыка, создает особую сферу, где смешиваются чувства и впечатления, окрас и мелодичность. 

Общее оформление выполнено в эстетике стимпанка

Альбом представлен на кассете с вложениями-открытками

label page

bandcamp
listen at vk.com

VelgeNaturlig ‎– Húmus

VelgeNaturlig ‎– Húmus

Gterma, 2013

Храм Природы

Таинственный гул пещер давно манил меня. Так часто можно было уловить эти вязкие, тягучие звуки, появляющиеся словно из ниоткуда, которые вплетались в мое собственное существо, подобно многолетним растениям, диким травам, упругим лианам. И вот я здесь, в самой сердцевине природного Храма, где журчание воды, стекающей по его отвесным каменным покровам, укутанными живым темно-зеленым налетом, звучит, словно приятнейшая музыка: так же проникновенно, так же умиротворяюще. Уже очень долгое время, сдается, несколько вечностей подряд, мне неведомы ни день, ни кромешный ночной омут – здесь существует одно единственное время суток: плодородие, процветание, всеразмеренность. Я смотрю прямо в дальновидные и прорицательные очи Вневременности, и передо мной пролегает весь мой путь от ломкого и такого уязвимого проростка, улавливающего солнечные поцелуи в оранжерее, до первозданного, непрерученного, дикорастущего соцветия непроходимых земель. Растение-отшельник, питающееся уединением в темной воронке подземного хода, обрело внутренний Гумус и переродилось в Древо Жизни. 

Расскажи какую-нибудь легенду, приют моего бессмертия. Что отразилось в шепоте первой на свете реки, что устремила свои потоки под твои нерушимые своды? Если попросить глухую юдоль подземельного дворца, походящего внутренним убранством на усыпальницу древней пирамиды, поведать какой-то миф, то сказание может затянуться на тысячелетия, ведь пещеры живут по-своему, вне временных промежутков. Их медленный, раскатистый тон утягивает в забытые Богами гроты, где из изгибов кореньев всех-всех деревьев, чьи макушки выглядывают из-под земли и касаются неба, выплетается истинный облик оживленной планеты, где человеческое существо так же приняло облик дерева, лишенного корней, но хранящего их зачатки глубоко в своем сердце. 

Легенда о том, как человек обрел утерянные корни

Свершился миг, когда в чертоги мои забрела душа, объятая музыкой, словно ароматами бурной растительности, произрастающей в чужеродной этой местности стране. И она, бесприютная душа, начала петь так испещряюще, что стены этих нерушимых высочайших гор стали осыпаться изнутри, пока полностью не разрушились и не воздвиглись заново. Эту пронзительную песнь не забудет здесь никто и никогда, так как даже любая весенняя почка сгущает свой лиственный нектар под эти заповедные мелодии. Казалось, это звучала тоска по бездонной космической вышине, в которой, как в неизмеримом мировом котле, дрейфуют созвездия. Песнопение длилось нескончаемо, будучи растянутым на века – и все вокруг разрушалось, и все вновь оживало. Вместе с довершением музыки затухал огонек жизни, и бренное тело срасталось со здешней благоденствующей флорой, утопая в узорах неукротимого плюща. Когда тянулись последние мгновения, грянули финальные ноты: высохла и гора, и испустился дух, выскользнув из своего тлеющего сосуда, отныне затерянного среди нитевидных мхов, и возвездился высоко-высоко в образе Сириуса. 

Так человек обрел утерянные корни. Чтобы услышать мотив этой песни, следует лишь приложить ухо к земле, полюбив ее при этом пламенно, всем своим естеством, пожертвовав ей свой прах и кости – так и слиться с ней. Куст вроде шиповника с алыми плодами взойдет на том месте, или в небе вспыхнет новоявленная звезда, искрящийся блестяще-белым светом маяк Вселенной, по которому будут ориентироваться остальные странники.

Музыка в альбоме португальского проекта VelgeNaturlig – ‎Húmus может посвятить своих слушателей в тайны укромной жизни бурного океана растительности, пролегающего в дебрях необитаемых горных веретепов, жерло которых упирается в смиренную, покоящуюся под ними земную твердь. Звучат неведомые мифические рассказы, но и витают здесь ноты безмолвия, которые в этом дольнем мире так же легко ощутить, как и уловить такие звуки в своей душе. Даже всевидящее Солнце не ведает местных глубин, потому что не проникает в это пространство ни единая частичка света. Звуковые волны становятся настолько густыми и осязаемыми, что можно как сквозь некий портал переместиться вместе с музыкой в водоворот безлюдной темноты, где обитают притаившиеся растения, и лицезреть хоровод собственных отражений, появляющихся на глади небольшого беззвучного ручейка. Откуда-то сверху сочится вода, капля за каплей проникая в это лишенное всякого доступа место. И очертания, казавшиеся в некоторое время очень знакомыми, переходят не то в жидкое состояние прозрачных водных потоков, не то в кристаллическую структуру окружающей каменной капсулы, в не то в гибкий стебель уже обвившегося вокруг запястья вьюна. Каким образом здесь очутился слушатель? Музыкальное развоплощение превратило его в цветущий тихим пребыванием побег растения, которое врастает каждой своей клеточкой в подлинный гумус. 

Туман и вода, вода и туман, все рождается из почвы, к ней же примыкает, с ней же воссоединяется в итоге. Прародитель Гумус. Воздух и свет, свет и воздух – то, что принадлежит небу, к нему же возвращается. Корни, пущенные на планете Земля, тянутся своими стволами, своим свободным основанием в бесконечную даль.

listen at vk.com

label page

soundcloud

Various Artists – Phra Rahu, Chapter II, Rahu Mantras

Various Artists – Phra Rahu,
Chapter II – Rahu Mantras,
Gterma, 2014

Когда Солнце встречает Луну, сновидения, словно призраки, отделяются от ночной тьмы и, невидимые, начинают блуждать по миру

Когда тишина всюду пустила свои корни, то становится возможным услышать, как на землю падает снег, как тают туманы, как кровь бежит по венам, словно вода внутри ствола дерева. Притихла и притаилась каждая малая и большая птица, и только тонкие ленты солнечных ресниц света водопадом ниспадают в океан сумрака. Пространство наблюдает собственные переливы. Сейчас нейтрализуются все возможные цвета и звуки. Ночь обрушивается на поверхность земли плотным занавесом, время от времени в небольшие прорези проглядывают звезды, другие планеты, иные сущности. Поёт немая Богиня стихии огня, и в разных местах начинают вспыхивать путеводные светила – душа, словно обладающая сотней зрачков и той же сотней рук, соединяет пылающие точки в одну обширную, безмерную орбиту. Теперь отпадает необходимость куда-то идти, следовать за каким-либо свечением. 

Кроны и стволы деревьев, залитые янтарной смолой рассвета, плавятся в отблеске отпрянувшего помрачения. Кому привиделся сон о сущестовании эры? Земле или небу, человеку или вековому можжевеловому гиганту? Протяженность говорит на негласном языке. На горизонте возникают фигуры и фантомы глубокой давности, которые явились сейчас, чтобы с минуту на минуту кому-то пригрезиться.

Дымка сновиденческих путешествий обволакивает слушателей во второй части сборника Phra Rahu. Пепел умиротворения застилает взор, и музыка, подобно переходу в мир бестелесных созданий, генерируемых воображением и завихрениями вокруг абсолютной величины, прокладывает туннель, ведущий в страну заоблачных далей, откуда можно созерцать разветвление узора безграничности, проходящего сквозь молекулы, связующие энергетические каскады всего существования. Шаг за шагом, и все увиденное оказывается тут же забытым. Впереди – неизвестный мир. Позади находится утес, с которого улетишь в пропасть, и тогда запустится отсчет времен.

Обе части сборника, безоговорочно, великолепны и велики по масштабам звучания, которое они охватывают. Музыка здесь приобретает нерушимую трансцендентность – запредельные пути познания переплетаются в космических отблесках Метагалактики. Темная материя формирует межпространственные войды, в которых обнаруживает себя внимающий. Жидкая лава сонных видений беспросветного континуума концентрируется, словно слушатель-астероид мог бы быть вулканом, и через его существо звук выплескивается в необычайных образах, которые, вероятно, покажутся мечтами, навеянных Морфеем.

Вот он бескрайный обетованный берег, пролегающий повсеместно. В какие места мой дух приведет меня, на какие странствования благословят небеса? Мимолетная мысль проносится в голове Солнцем, заходит Луной. Музыка, словно свет далекой планеты, достигает земли, трансформируется в сигнал, принимаемый получноным лунатиком, который взмывает в воздух, улавливая эти протяжные, возвышенные мотивы. Вместе с ними он испаряется, подобно первым снежинкам, коснувшимся земного облачения...

Живописное оформление завораживает

Первая и вторая части сборника, представленные на CD

Раху – демон, который проглатывает то Солнце, то Луну

listen at vk.com
label page

soundcloud

Various Artists – Phra Rahu, Chapter I, Eclipse Event

Various Artists – Phra Rahu,
Chapter I – Eclipse Event,
Gterma, 2014

Темноокое существо, чьи глаза обратились ночным небом

Этот пристальный взгляд не забудется никогда: нечто беспокойное, неземное, дикое присутствует в малейшем проблеске души того, кто прибыл с далеких планет, а может и не с планет вовсе. Вероятнее всего, он сам создал себя из пепла, из обломков миров, из песка, из солнечных лучей, насквозь пронзивших черную дыру. Шарообразные клубы непроницаемого тумана сплетаются в одно титаническое грозовое облако, которое способно всего лишь одним ударом стереть а порошок все, что сдвинется с места – любую жизнь, абсолютно все, что потенциально рассчитывает на какое-либо воплщение. Тусклый, серый призрак существования сливается с тягучей темнотой. Внезапно возникшая из ниоткуда фигура угасает – этот мир был обречен на погибель еще тогда, когда только появился. Он уничтожил все, что было создано, тотальное разрушение оказалось неминуемо. И только взор, затерянный однажды на ночном небе, повисает над вечным потоком.

Что может привидеться долине сновидений? Если однажды потеряться на маковом поле, то есть вероятность того, что чуть позже можно всплыть в образе луны в окаймленной голосами полновесной тишине. Луна – это человек, который в один день уснул и больше не очнулся, теперь его дух вечно восстает по ночам из загробного пространства, которым владеет утонувший в океане жизни Бог заката.

Мне видится судьба каждого создания. Полоска света блистает, словно путь, пролегающий между зачатками цивилизаций, между эпохальными свершениями человечества. Архаичный монстр вырывается из сетей всяческих граней и, громоподбно смеясь во всю широту бесконечности, прядет светлый лик из мотка тьмы. Чувствуется металлический привкус во рту. Если оглянуться, то можно умереть. А если посмотреть вперед – обрести счастье жизни. Слепые отголоски желаний тянут на дно, в какую непроглядную бездну канули мои глаза?..

Музыка, которая стелется сизо-черным сумраком, возвещает наступление истинной темноты. I-ая часть сборника Phra Rahu пропитана духом дремучей недвижимой древности. Вслушиваясь в плавное течение Темной реки композиций, ощущаешь себя на борту вместе с Хароном. Музыкальное течение сопровождает переход в подземное царствие, в котором миражи ушедших столетий настигают слушателя на каждом шагу – в их обесцвеченных глазах все еще присутствует нетерпение и беспокойство, что ни на секунду не покидает их и удерживает души в глубинах магмы теней. Мистификации, фиолетовые сны увянувших цветов, мутный иней, покрывший оледенелые стволы высохших деревьев, наполняют верхнюю полость сосуда времени и постепенно перетекают вниз, пересыпаются зернами зарождения. Жизнь и смерть циклично переплетаются, из одного происходит другое.

Чьи-то мерные шаги и тихое, почти беззвучное дыхание уводят то ли в пучины глухого, сплошного, не имеющего просветов леса, появившегося еще на заре возникновения эры, то ли к пролескам всеобщего миросозерцания. Когда все приостанавливается, сущность, облаченная в грузную мантию, оборачивается: в одной руке находится Солнце, в другой – космическая пустошь. Раскаленная стихия тут же затухает, соприкоснувшись с холодной материей кромешного мрака. Все движение замирает, притупляется, и только яркие отбелески зрачков способны отразить внутренний круговорот мироздания.

 

listen at vk.com
label page

soundcloud

Uhushuhu – Onega (English version)

Uhushuhu – Onega
ΠΑΝΘΕΟΝ, 2015

The Spirit of an ancient lake starts to emerging from water, when the moon is coming out on the night scenery of inmost lands – the Entity is extending in a form of soft mist along tranquil and subsided element. It becomes possible to contemplate on a water surface dreams of the lake's profound. What kind of stories and arcanums are hided by affluent terrestrial eyes? Edges of space and time are fading away, they are disappearing and slowing down, stretching and absorbing by massive and viscid cloud, that keeps four seasons, that keeps mystery's habitat places. Sphere, which was braiding of many energies, turns in the planet of thousands years ago. Its first settllers image themselves in the air, they are created of interwined forces of light and dark. Petroglyphs, that are inscribed on petrous sails of eternity, come to life and become a part of the universal view, which reveals pristine vastness, where were located all-breating and all-forming deities.

Such an impulsive and ample music in album Onega of Saint-Peterburg project Uhushuhu creates kind of special holistic world order, which involves Cosmos too. The sound flows and changes, it widens to incredible sizes, that embrace all scopes and hemispheres. Periods of time escape, it seems, coordinates of soul location are getting lost. Just in a moment listener detects himself inside pitch-dark wilds. There's so deep and so overwhelming, it's a region of strange beings and things, which are spying on you in different directions. It's impossible to see here sky or some groung beneath, and the only memory of native azure of the pond, that gave birth to all sounds in the whole world, doesn't let the attention to be seared even for one moment – melodies of splattering and spilling over water are reaching out all around. You can take the first step and right off the bat find yourself in an abyss of visions, surged like a wave. And only music will be run over the lake kinda obscure ripple on the offshore latitude.

The cosmic fragment of CD's soul

The version of Creation VI, that is presented in addition to CD, continues ode Onega, and it reaches its listeners in a plangent and spreading echo.Unity with nature of all things in the Earth, exactly that secret thread, which binds parts of the world, exudes here like mossy paths, criss-crossing forest monastery. And all the fields are filled with life, everything moves synchronously with tops of the pines, swinging from one side to another. Altogether, the album is meditative in some manner, you can feel yourself floating in a shallop lengthwise aqua valley. There could be a probability of  unexpected collapse of the sky in the thick of submarine kingdom. In this case the soil will be hanged over the head. The Lake, solely, always will stay on the middle. Drops, as separated particles, balance between two constitutive values. They're merging in some shapes in first, then in other figures. When the Creation gains quiescence and fixedness, all of the components find the global sonority, the global consonance. Starlight infiltrates through the layers of gloomy curdled clouds and it reflects from the clear superficies of firths, from the ongoing pelagic veil.

The Lords of the rivers and lakes, life-giving Naiads and water nymths, just by their dancing and laugh they shaking riverside herbs – the action excites lily buds and lotuse petals. Inside alga's depths, in the chasm of dizzy waters there's a wandering nomad, that now is dreaming of eternity. He's beholding the inexhaustibility of his own existence. He's erupting through the charming slumber, his heart became the origin of the aquatic stream, and his soul planted itself together with lake basins. The sounding of a chanting swirl and of a fluid epilimnion is spreading across-the-board, everyplace, far and near, far and wide... It's possible to see only the soft mist over an ancient Lake...

Handcrafted inside envelope is made of rice paper,
which was blessed by Tea Spirit

to read russian version of review
bandcamp
label page
listen at vk.com

Ухушуху – Онега

 

Ухушуху – Онега

ΠΑΝΘΕΟΝ, 2015

Душа древнего озера поднимается из воды с появлением луны на ночном облике сокровенных земель – дух начинает расстилаться теплым туманом вдоль спокойной, утихомирившейся стихии, на зеркальной поверхности которой становится возможным узреть сновидения озёрной глубины. Какие истории и арканумы таят полноводные земные очи? Грани пространства и времени исчезают и меркнут, замедляются и растягиваются, вдыхаются густым плотным облаком, вбирающим в себя времена года, ареалы обитания мистерий. Шар, сотканный из множества энергий воплощается в планету тысячелетней давности, в воздухе изобличаются ее первые поселенцы, сотворенные из переплетения света и тьмы. Петроглифы, начертанные на окаменелых парусах вечности, оживают и становятся частью всеобщей картины, на которой изображаются стародавние просторы, в которых пребывали вседышашие и всесотворяющие божества.

Такая порывистая и дремучая музыка в альбоме Ухушуху «Онега»  создает особенный целостный мировой порядок, которому следует сам Космос. Звук течет и меняется, разрастается до невероятных масштабов, охватывающих все сферы и полушария. Ускользают промежутки времени, теряются координаты местонахождения души. В один момент слушатель обнаруживается в беспросветной чаще, темнейшей и непреодолимой, населенной странными сущностями, подкрадывающимися с разных сторон. Не видно ни неба, ни земли, и только воспоминание о родной синеве водоема, породившего все на свете звуки, не дает вниманию притупиться хотя бы на мгновение – отовсюду доносятся мелодии перетекающей воды. Можно совершить первый шаг и тут же оказаться в бездне нахлынувших, словно волной, видений. И только музыка будет прокатываться смутной рябью по акваториальной широте.

Версия Creation VI, представленная в дополнение к CD, продолжает оду «Онега» и в протяжных, плавных эхо долетает до своих слушателей. Единение с естеством всего на Земле, та секретная нить, связующая частицы мира, проступает здесь, словно моховые пути, оплетающие лесную обитель, и все вокруг наполняется жизнью, двигается синхронно с раскачивающимися из стороны в сторону вершинами сосен. В целом альбом весьма медитативный, можно ощутить себя плывущим в ладье по водной долине. Есть вероятность того, что небо вдруг рухнет в подводное царство, а земля вогрузится над головой. И только Озеро всегда будет оставаться посередине. Капли, как отдельные крупицы, балансируют между двумя образующими величинами, сливаются то в одни фигуры, то в другие. Когда мироздание становится неподвижным и безмятежным, все обретает созвучность. Звездный свет просачивается сквозь наслоения темных сгустившихся туч и отражается от прозрачной поверхности лиманов, от непрерывного океанического покрова.

Властители рек и озер, живительные Наяды и Лимнады, своими танцами и смехом колышат прибрежные травы, волнуют бутоны кувшинок и лотосов. В водорослях, в пучине дурманящих вод, запутался путник, которому сейчас грезится бесконечность, неугасимость своего существа. Он прорывается сквозь чарующие сны, его сердце стало источником водного потока, его душа стала неотделимой от озёрной чаши. Звучание поющего водоворота и подвижного эпилимниона распространяется повсеместно, во все края...

 

 

 

Рукотворный внутренний конверт сделан из рисовой бумаги, 

к которой прикоснулся чайный призрак

to read english version of review
bandcamp
label page
listen at vk.com

Rutsubo – Zakuro (English version)

Rutsubo – Zakuro
Omnimemento, 2014

Everything, that could ever happen, started just from slight, mild breath, becoming bigger and bigger. Then it had been continued to thrive to the universal sizes. Light-minded wind, that was hanging out among blooming and curling plants and trees, finally had hidden inside soft-toned pattern of haircap moss. Microscopic world, which never knew any rustle or something like this, was set in motion – moire veils were sparkling by all colors of the rainbow. Picturesque landscapes-sensations, drawn by imagination, were overflow one to another little by little, breathing very flutter. It looked like someone was turning pages of a book, that is twisted of subtle and supple lianas. Some crystal and argent music could even come in sight there, it was played by dewdrops – they were interflowing in and formed one big symphony-lake. Its sounds metamorphosed and turned into animate dragonflies, butterflies and moths; all of them flied away in different directions around the whole world, transferring on the wings and spreading everywhere this strange harmony of soughs, guggles and tiny murmurs.

Dense jungles of shamanic drone, that was represented here by a project, which named itself like Rutsubo, frizzle in very faddish and exceptional way. Telling the truth, four musicians, who were indicated in the opposite side of the CD, aren't some newcomers (in some sense) – it's just a joint magic music session of original and inventive Jüppala Kääpiö, dreamy Sunhillow and multidimensional Uton. It's some kind of hopeful and enchanting collaboration, indeed. But what do these short and terse notions in the title mean, «Rutsubo Zakuro»? We can only guess or vaguely imagine something about its mysterious content, even more in an intuitive way. Probably, it's an ancient japanese spell, which might be uttered by someone, and then, you'll suddenly find yourself in the Kingdom of Crooked Mirrors or in the parallel universe of microcosm, where all of the dwellers talk by strange interjections. You can only pronounce «Rutsu bo Zakuro........», and the actual reality is starting to melt like some resin or metal. All things are merging and concentrating just in one point, being rolling out again in a carved lacy fan – but proportions will be completely different and color spectrum will be changed too. A music teleport of this spellful album translocates listeners inside phantom and ephemeral hyperspace, where feelings can be mixed up. In that imaginable world you can easily pave an infinite number of ways and also investigate them.

Tweet, tweet, tweet... warbles of outlandish birds reach out of the woods. These are melodies, that fade away on inhalation and that sound on exhalation. It seems, that miniature creatures play the harmonica, and each one of them can be placed just in an every single hole of it. Delayed and slow-motion flowers dancing so leisurely in the light of Night queen. Their meditative buds turned into paletteful placers of luminescent orbs, that contemplate the sky and that watch the movements of planets and stars – they are flowing along smooth surface of the space. Bright and brisk clouds of muffle fragrances circulate everywhere, they relieve from the open cosmic extent, if it could be kind of ancient incense burner. These flavors are reaching the Earth, turning into gentle floral notes, which are soaking by green meadows, outer woods and aquamarine lagoons. All-embracing Sang starts to branching on patterns and fractals of firry limbs, it's taking shape and form of exotic plants – ramose spirals braid volumes of transforming wasteland.

Different kinds of rock stones mix up in a swelling hum – old-world letters and predictions are drawing by some nameless energy from distinct parts of the species. Squashy sounding flurry is falling by loud echoing silence on new-created vast. The only drum beats and pulses get going inside quagmire, that are becoming a dream, may be even a song. All action is disappearing with the wind. Everything starts again and again.

The design and characters are really wonderful and imaginative

Rut su bo Za ku ro...

read this review in russian
soundcloud

Cloudsound – Asperatus

Cloudsound – Asperatus
Tranquility Tapes, 2014

Светлейшее из мгновений, явление солнца, разливается палитрой многомерного пространства, проникает в глубины земли и побуждает растения к росту – происходит восхождение первого ростка. Истоки рек, затаившиеся под наслоениями малоподвижных твердых пород, распахивают водное око, и стремительные потоки пластичной стихии начинают струиться сквозь камень. Смешиваются вода и воздух – невероятные существа, чей взгляд впадает в моря, чьи движения – это перемещение воздушных громад облаков, обволакивают межзвездную даль, и вся Вселенная теперь откликается и вторит преобразующим вихрям, безмолвный центр которых обнаруживается в ядре солнечного светила – вокруг него закручиваются измерения.

Пространная музыка в альбоме Asperatus, представленным на кассете шведским проектом Cloudsound, кажется, соткана из световых лучей. Звуковые волны распространяются с великой скоростью, весь макрокосм становится наполненным единым звучанием. Подобно тому, как от падения камня на озерную гладь образуются расходящиеся во все стороны кольца, так и этот альбом, начиная звучать, создает вибрации всего окружения так, если бы звук был осязаемым. Всеохватывающе, многогранно переливаются блики музыкального течения композиций, состраивая дух в одной тональности с космическим источником. Музыка-сновидение, музыка-свечение Asperatus предшествует утреннему пробуждению или даже появлению души, началу новой жизни. Мелодии, развеянные вечностью, рассеиваются туманными, приглушенными цветами. Невидимая вуаль, заслоняющая ясность взора, слетает, и впереди отныне пролегает нескончаемое число маршрутов.

Путь, овеянный мимолетными взмахами крыльев светлячков, блистает в темноте. Отдалившись, можно разглядеть лишь одну точку, вбирающую все на свете, точку, которая послужила великим началом всего, вокруг нее стали сгущаться всесильные энергии. А приблизившись, становится возможным узреть ночное небо в дымке серебряных видений, в россыпи глаз-созвездий. Пусть здесь возникнет звездный человек, из тела которого будут созданы все возможные и невообразимые миры.

 

read this review in english
bandcamp

ХРААМ – По Горам

ХРААМ – По Горам
ΠΑΝΘΕΟΝ, 2014

Впереди простирается открытая местность, податливо отзывающаяся на тончайший звук, на кроткое движение. Музыкальные рельефы отражают песни вольного ветра, колыбельные, напеваемые неведомым сопрано, что принадлежит мягким травам. Раскаты дыхания становятся звонче и вовсе покидают пределы существа, циркулируя вместе с горным воздухом по извилистым склонам. Где-то вдалеке на невероятной высоте слышен теперь собственный голос – вместе с громадами воздушных масс уплывают за тридевять земель мысли и все то, что когда-то казалось таким близким и понятным. Безмятежность незримо и таинственно присутствует, ложится на землю тающим покровом снега. Среди скалистых вершин обрел покой неприкаянный дух, который отныне пребывает в единении со всем пространством.

Бесконечное путешествие по беспредельному воплощается в эфемерном звучании альбома-странствия ХРААМ – По Горам. Звук, такой же пластичный, как сама природная стихия, рисует пейзажи ветвящейся растительности, улетает под небо вместе с крылатыми птицами. Боги, высеченные из скал, являют свой лик в плавных узорах горных хребтов, в прозрачной пене облаков. Высокогорные невидимые энергии обрушиваются на слушателя оползнями тихого восторга, лавинами незабываемого трепета. Действительно, здесь, вдали от цивилизации, человек всецело может ощутить себя частью природы. Музыкант, вдохновляясь эстетикой хождения по холмистым взгорьям, передал в своих композициях красоты уединенной местности, такой далекой от постоянного шума и суеты. «По Горам» может стать для многих альбомом-медитацией, своего рода погружением в молчаливую сущность вещей. Обволакивающий барабанный ритм, появляющийся под конец работы, усиливает эффект развоплощения. Негласный пилигрим, в которого обращен внимающий, свободно исследует безграничную юдоль Вселенной, охватывая протяженности от неба до земли и отправляясь куда-то дальше в космическое плавание. 

Лучи заходящего Солнца переходят в пылание костра. Огненный свет, концентрируясь где-то в тайном убежище отшельника, служит ориентиром заблудшим душам. Удивительным станется узнать самого себя в лице этого отрешенного или узреть свое отражение в тени немых великанов, возвышающихся над головой.

К релизу прилагаются компас и пу-эр мини то ча в рукотворном конверте

read this review in english

bandcamp

label page on facebook

listen at vk.com

VA – SOLAR DEVOTION

VA – SOLAR DEVOTION
ΠΑΝΘΕΟΝ, 2014

Я представила себе, как летят птички и несут фонарь,

и ставят его там, на вершинах деревьев — 

именно таким я увидела солнце.

(Шейн Джонс, «Остаемся зимовать»)

Свет, даровавший жизнь всему живому, распространяется по земному шару, проникая в самые отдаленные части планеты. Зарождение и судьба Земли неразрывно связаны с Солнцем, чьи светозарные лучи путешествуют всюду, чье присутствие знаменует долгоденствие. Сменяются столетия, смещаются материки, но яркое Око бесконечно прорезает толщи тьмы, созерцая круговорот элементов Вселенной. С древнейших времен человек искал ответы на самые важные вопросы, обращаясь именно к Солнцу. Но безмолвным оставалось и остается это вечное пламя, этот негасимый, бессмертный источник знаний. Нет такой ладони, которая могла бы закрыть солнце. Нет такой темноты, в которой нельзя было бы отыскать немеркнущее светило.

С восходом Солнца пробуждается природа. Все живое откликается на явление неугасающей звезды. Музыкальность этого всевечного и, казалось бы, привычного всем образа выразили исполнители из разных стран в солнечном сборнике SOLAR DEVOTION. Музыка здесь течет непрерывно, ее настроения постоянно изменяются, подобно движению сверкающей колесницы вдоль небесного свода. В потоке звука выражается взаимодействие души и естества существования. Течение мелодий становится настолько же осязаемым, насколько можно ощутить касание теплых световых линий, рисующих живописные очертания всего пространства. Архаичный мир повсеместно поклонялся этому животворящему посланнику, связывая с ним жизненный путь и нити провидения. Ритуалы поклонения божественному созданию, живущему далеко за пределами поднебесной, но пребывающему в любой долине, здесь выражены в перекликающихся интонациях, которые так же проникновенны и так же подобны легкой материи, как рассвет или закат.

Заря похожа на само умиротворение – в свете богини Авроры растворяются туманы сомнений. По орбите между небом и землей движется энергия оживления, развеянная ветрами, рассеянная свежим воздухом, пронизанным гармонией цветов и оттенков.

listen at vk.com

bandcamp

Rutsubo – Zakuro

Rutsubo – Zakuro
Omnimemento, 2014

Все началось с легчайшего дуновения, а затем разрослось до вселенских размеров. Бездумный ветер, гуляющий среди колосящейся, переплетающейся растительности, припрятался в мягкотонном узоре кукушкиного льна. Микроскопический, не издававший прежде и шороха мир был приведен в движение – муаровые покровы многокрасочно переливались всеми цветами радуги. Понемногу, еле дыша живописные пейзажи-ощущения, рисуемые воображением, сменялись одни другими, словно переворачивались страницы какой-нибудь книги, свитой из тоненьких лиан. Серебряная музыка, сыгранная здесь каплями росы, стекалась в одну большую симфонию-озеро. А звуки, которые претерпели метаморфозы и стали крылатыми стрекозами, бабочками и мотыльками, разлетелись в разные стороны по всему свету, перенося на своих крыльях эту странную гармонию шелестов, шуршаний, крохотных шумов.

Чудаковато и затейно вьются джунгли шаманического дрона в недавно вышедшем альбоме проекта, который обозначил себя как Rutsubo. В действительности же, четыре музыканта, указанные на оборотной стороне диска, совсем не новички – это совместный магический сеанс самобытных и изобретательных Jüppala Kääpiö, волшебной Sunhillow и многомерного Uton. Что значат эти немногословные понятия в названии «Rutsubo Zakuro» остается только смутно себе представлять, догадываться, даже больше интуитивно. Скорее всего, это древнее японское заклинание, произнеся которое можно очутиться в королевстве кривых зеркал или в параллельном микрокосме, где все обитатели разговаривают странными междометиями. «Rutsu bo Zakuro........» и существующая реальность плавится, словно гудрон или металл, все сгущается в одной единственной точке, а затем вновь разворачивается кружевным резным веером, но уже в совершенно иных пропорциях и в другой цветовой гамме. Музыкальный телепорт переносит своих слушателей вглубь фантомного эфемерного гиперпространства, в котором могут смешиваться чувства, в котором можно без труда проложить и исследовать бесконечное число путей.

Из-за деревьев доносятся трели диковинных птиц – мелодии, исчезающие во вдохе и звучащие при выдохе. Кажется, будто бы миниатюрные персонажи играют на губной гармошке, причем каждый из которых умещается в отдельное ее отверстие. Замедленно танцуют в свете Царицы ночи малоподвижные цветы, чьи бутоны обратились палитрообразной россыпью люминесцентных глаз, направленных в небо и наблюдающих за передвижением звезд и планет вдоль космической глади. Из космоса, словно из древней курительницы благовоний, распространяются яркие потоки ароматов, долетающих до Земли нежными цветочными нотками, впитываемыми лугами, опушками лесов, аквамариновыми лагунами. Всеобъемлющий Санг ветвится фракталами еловых ветвей, обретает формы экзотических растений, спиралями оплетает преобразующуюся пустошь.

В нарастающем гуле смешиваются породы камней, из отдельных частиц которых выкладываются письмена и предсказания. Топкий звучащий шквал обрушивается громогласной тишиной на нововозведенные просторы. В тихом омуте двигается только барабанный ритм, превращающийся не то в сон, не то в песню. Все исчезает вместе с ветром. Все начинается сначала.

read this review in english
soundcloud

Valet — Blood Is Clean

  

Valet — Blood Is Clean

Kranky, 2007

Белая тень пришельца, исчезнувшего после недолгого пребывания на Земле, блуждает по пустынным улицам спящего города. В темных переулках коты с криками разбегаются в стороны при появлении призрачного путника, а стаи псов жалобно скулят и прячутся по взъерошенным кустарникам. Живность пугает, прежде всего, леденящий холод, исходящий от его дрожащих ладоней. Он тянется к небу — и ивовые побеги покрываются  толстым слоем инея. Кажется, это вестник верной гибели, а может быть, случайный узник, прибывший с далекой морозной планеты. Еще мгновение — и он растает, вовсе сгинет, ведь приближается утро. Сощурившись от первых лучей солнечного светила, он пригибается низко-низко к мостовой так, что постепенно начинает растекаться по брусчатке. Глаза проходимца выкатываются из орбит и превращаются в извивающихся зеленых червей, на которые налетает большая свора голодных ворон, заполоняющими своим пронзительным и сумбурным гоготом звуковое пространство глухонемого рассвета. В то самое время наш герой улетучился. И только вид приоткрытого люка может навеять определенного рода догадки о дальнейшей судьбе заблудшего чужестранца... 

Аурой тайн и мистерий овеяна эстетика альбома Blood Is Clean. Гипнотическое, сверхъестественное здесь вырывается наружу и изобличает своим возникновением вневременные порталы в параллельную реальность. Хани Оуэнс (Honey Owens), музыкант из штатов, в своей дебютной работе явила чародейство тонких музыкальных сплетений, незримую магию нематериального мира. Вдохновение она черпала, в первую очередь, из осознанных сновидений и из музыки мировых оккультных шаманских практик. В итоге получилось нечто абстрактное, пламенное, сакральное. Что-то личное, но в тоже время всеохватывающее. Мутно-прозрачное композиционное течение окутывает явь пластами туманного эпителия, погружая своего слушателя в омуты подсознательного. Перешептывание потоков бурных вод выбрасывает бездыханное, напоенное жидкостью тело на одинокий островок, откуда можно пронаблюдать возникновение тех или иных мыслеформ в своей голове, которые сейчас приобрели вещественный облик и нависли, подобно грозовым тучам, метающим гром и молнии. Бушующий шторм разрушителен, воздух наполняется пеной и брызгами. Можно изо всех сил стараться призвать солнце, но ураган сбивает с ног, каждый вопль тонет в оглушительном треске вздымающихся до небес волн. Но внезапно галлюцинация распадается на осколки, пазлами рушится в помутненном сознании. 

Душа, чей фантом скитался вдоль безлюдных улиц, обнаруживает себя очнувшейся на перекрестке, где кругом столпились люди. Память о том, что происходило ранее, рассеялась, как дым. Какую из дорог теперь ты выберешь, в каком направлении скроешься, оставив позади перепутье и пепел времени?.. 

listen at vk.com

label page

download

rutracker

Dirk Serries, live in Kiev (review)

Dirk Serries — Microphonics

Kiev, 21.09.13

В этот холодный сентябрь столичные просторы Украины посетил достаточно именитый эмбиент-музыкант из Бельгии, Дирк Серье (Dirk Serries), чья невесомая музыка в один из субботних вечеров разогревала стены киевской «Кинопанорамы». Бельгиец также известен несколькими своими проектами, созвучными между собой по манере исполнения и схожими по общему настроению: Vidna Obmana, Fear Falls Burning, Microphonics, Continuum. Несмотря на разнообразную музыкальную деятельность Дирка, его неповторимый стиль остается достаточно узнаваемым — это такая музыка, которая уводит за собой и которая убаюкивает городскую суету. Будучи неспешной, плавной и изящной, она сравнима с легчайшим ароматом весенних цветов, развеянного по ветру и еле уловимого. Однако, как признался сам музыкант, его, напротив, на создание музыки вдохновляют не какие-то природные образы, а пространство города, ведь это то место, в котором все мы живем. «Зачем я буду говорить людям о красотах гор или каньонов — я живу в городе!» — признался Серье.

Dirk Serries

Организация мероприятия прошла на высоком уровне. Порадовали акустика помещения, общая атмосфера, звук. И даже, что касается последнего, не так страшно, что подготовка оборудования занимала некоторое время. Всего было трое участников, первые из которых, Supremus, расшатывали зал нарастающими разветвлениями электроакустического дрона. Попытка неплохая, но, на мой взгляд, возможности тех инструментов, с которыми коллектив вышел на сцену, не были раскрыты в полной мере: это были бас-гитара, скрипка и 12-струнная midi-гитара. Форма подачи весьма впечатляет, создается некоторый театральный антураж. Тем не менее, сама игра оказалась бессодержательной, необитаемой, если так можно выразиться. Но были и интересные моменты, когда, к примеру, гул становился гуще, смеси звучания начинали переплетаться между собой. Выступление оказалось в большей мере пресным, нежели каким-либо еще — что-то похожее на взорвавшийся элексир, ингредиенты которого не вступили в реакцию друг с другом.

Supremus

Музыканты из Днепропетровска, Gamardah Fungus, порадовали своим импровизированным перфомансом намного больше. В их «арсенале» были разноплановые эксперименты со звуком, который прорезал аудиторию мощными лезвиями мелодий, интонаций, шумов. Музыка оказалась живой и подвижной, многообразной и нескромной. Создавалось такое ощущение, будто все помещение окрашивается оттенками дикой масти, пестреющими тропическими цветами. Видеоряд, правда, казался совсем из другого мира: черно-белая картинка советских реалий была докучливой, навязчивой. Интереснее было воспринимать всю полихромию гудений и скрипов абстрагировано от видео. Перед тем, как начать свое выступление, Gamardah Fungus произнесли вступительную речь, в которой они указали, что их последний альбом был посвящен деятельности режиссера Дэвида Линча и его работе «Fire walk with me». То, что дуэт явил публике в день концерта, значительно отличается от общей атмосферы альбома «Night walk with me», что завораживает своей неуловимой магией. Живой звук более напористый, более насыщенный и динамичный. В конце все резко оборвалось тишиной, и только трепет остался витать в воздухе.

Gamardah Fungus, Night walk with me

Gamardah Fungus, live in Kiev, 21.09.13

Когда зал застыл в ожидании чуда, мягкой поступью начала пробираться музыка Дирка Серье, навевая на каждого из присутствующих легкую дремоту. Казалось, это музыка из мира снов, воспетая самим Морфеем. Кроткая музыкальность, присущая работам Серье, поражает: тонколиственные звуки гитары шуршат, перешептываясь с ветром. В тихий погожий день затишье просачивается сквозь миллиметровые мелодии, складывающиеся в сладкозвучные мотивы, пробегающие холодком по коже. Мир, безропотный и спокойный, переливается созвездиями тишины. Как мне кажется, творчество Дирка очень уединенное. Оно повествует об ощущении отрешенности, обращаясь текучим, пластичным звучанием. Если человеческое существо познает всю прелесть безмятежного уединенного покоя, то ничто во Вселенной не сможет по-настоящему вывести его из себя.

Музыка всегда относилась к числу так называемых «изящных искусств». В данном случае подобное определение приходится как никогда к месту. Эстетика штилевой атмосферы взаимодействует с потайными уголками души, пробуждая незримое очарование жизни. Легковесные вкрапления звуков попадают в поры, и дыхание выходит за пределы тела — дышит теперь все окружающее пространство. Дирк Серье для меня своего рода городской монах, он живет вместе с городом и не пытается избежать его присутствия, наоборот, проявляя любовь и уважение к той среде обитания, в которой, по большей части, пребывает сейчас человек. Ведь везде есть что-то прекрасное и доброе, стоит только получше присмотреться. Тем временем, пока музыка бельгийского виртуоза выливала свою душу, на экране старого советского кинотеатра мелькали разные урбанистические пейзажи, не лишенные особенного шарма. По большей части это были статические картины черно-белого формата или в обработке сепией, где возвышались габаритные объекты в роде дымящихся заводов. При всем при этом, статика в любом случае разбавлялась еле заметным движением, например, покачиванием цветка на ветру или редким падением листка с дерева. Так и музыка Серье как бы украдкой творит чудеса. Потрясающий и лаконичный видеоряд был особенным элементом выступления и не создавал какой-то дисгармонии, как это обычно бывает.

Dirk Serries, live in Kiev

Замечательно, когда музыкант не стесняется быть очень тихогласным и не пытается заострить внимание своих слушателей на каком-то конкретном объекте. Тогда появляется время и место для размышлений, для собственных переживаний, чего, как я думаю, так не хватает на многих живых концертах, уж так часто, порой, люди хотят проникнуть в голову к автору, узнать, что он имел в виду, и зачем вообще все это. В данном же случае, Дирк исчез так же, как и появился — как какое-то музыкальное привидение, выстраивающее эмбиентные фигуры перед лицом пытливой публики. Он мог уйти со сцены не попрощавшись, а гитара продолжала бы что-то наигрывать. Вот такой предстала музыка Дирка Серье в тот чарующий киевский вечер — недосягаемой и такой близкой в одно и то же время. Будем надеяться, что музыкант не в последний раз посещает земли восточной Европы.

Dirk Serries' Microphonics at facebook

Dirk Serries' Microphonics at vk.com

Dirk Serrie live in Kiev (youtube), 21.09.13

Shaula ‎– Medusae

Shaula ‎– Medusae
Rural Colours, 2012

Underwater world is sodden by different forms of life, beginning from microscopic plankton and miniature sea horse to massive whale and sinister devilfish. But there's one special creature, that is so awesome and inspire ‎– it's such a pretty medusa, which is too similar to its natural element.

Japanese ambient-maker Shaula had painted the motion of this beast in music. Slightly than water molecules, it filters oceans and seas, making them clearer. This sweet interaction supplements both. Fluid melodies flow down from their caps, sinking in warm flowing, reaching gulf stream.

Liquid mind of this music is capable to fill dry channels of human's outlook. Petting tired muscles, Medusae start to run through blood, soaking debris and atrophied ideas, transforming all to the pure and fresh state. It appears from a dark pool, shining and moving so slow, as it possible. Being so molluscous, this spirit essence follows by aqua. It's not afraid to die in stuck bay. Jellyfish fully had learn tide, catching a wave.

listen at vk.com

download

bandcamp

Klaus Wiese – Geisha

Klaus Wiese – Geisha
Umbra, 1985

Like sacred cherry blossom, eyelashes up and down, harmonizing with seasons. What if all bright colors always fall from their tips?.. And the world gets flush, being just black-white and bare.

Behind crumbling of pink florets, which forming the floral wall, a figure of some woman start to appear in ambiance of aromas, spinning around paper umbrella. Landing to the ground, her tender motions merge with breeze, with airy murmuring of may-lilies. Possibly, she is an incarnation of first kiss, its impersonation in reality. Red seal on her lips is made by Sun – there's something, about what she can't talk – it's the seal of deep silence, which sleeps in caves, in meek jingle sounds.

Full regeneration with loss of face – the price of art dedication. This image comes true in Japanese Geisha – the keeper of old traditions, the man of art (to be more correctly, woman of art).

Klause Wiese, German sound fabler, sent one of his works directly to this character. Gentle tinkles are similar to her pace, that is so delicate and organic. Glance, fanned by swings of the color fan, falling apart into sea waves, smashing on the greenery of the rocks. Going with water spirit of a heron, she is dancing with mermaids, with  nymphs of the wood. That person, who adsorbed century mind flows, became identical to nameless cascades, which don't know about their sacrosanct beauty.

Music, that sounds by soft touches of romantic play, invites its listeners to the shore of lone diving into the sea, which is full of bottom glowworms, performing mild melodies on the luminous instruments.

listen at vk.com

download