вторник, 21 мая 2013 г.

Rapoon ‎— Melancholic Songs Of The Desert


Rapoon  Melancholic Songs Of The Desert
Soleilmoon Recordings, 2009

Там, где не видно ни конца, ни края, плойчатые рельефы пустоши, раскинутые повсюду, словно многоскатные золотые мантии и ризы султанов, образуют самобытную местность, не подчиняющуюся законам человеческой цивилизации и оберегающую мистерии, что мотыляют с песком ураганов между громад одиноких барханов, подобно наблюдательному кондору, воспарившему над ареалами нетронутой природы. Самым громким звуком здесь может быть только тишина, солнечные и лунные правители свободно заполняют, не встречая ни единой преграды, обитель бесшумных земель неподвластными стихиями и насыпями, под которыми покоятся свернувшиеся клубком гадюки, готовые в одно лишь мгновение внутривенно впрыснуть свои яды, будь то животное или человек, в ответ на неосторожное движение, беспардонное вторжение. Но желанным гостем в этих необитаемых краях окажется тот, кто умеет разговаривать на языке рептилий, кто заполняет чарующими мелодиями пустынные просторы, вмещающие красоты ясного небосвода. Тот, кто при свете полной луны заклинает змей и королевских кобр на мертвейшем из языков, понятном только бестелесным фантомам, будоражащих сознание спящих в палатках бедуинов. 

В такого рода бессонное, охватившее среди чернильной ночи задумчивое состояние погружает загадочная музыка в альбоме Melancholic Songs Of The Desert экспериментатора Робина Стори (Rapoon), основателя известного дарк-эмбиент проекта Zoviet France. Вступая во взаимодействие с мистикой песчанистых территорий, где Солнце пламенно обжигает все живое, музыкант ощущает, что инструменты сами начинают подсказывать последовательности звуков и ритмов, наигрывая песни потерянных во времени царствий, стародавние ригведы. Загробные миры начинают пробиваться сквозь ландшафты пустыни, утягивая в свои пучины чародея, осмелившегося прикоснуться к сокровенным сокровищницам сгинувших, растлевших эмиратов. Чьи-то голоса, мысли в голове, кажется, перебивают друг друга, сливаясь в томных басах, мрачных шумах. Только медитативная игра на ситаре удерживает тайновидца в настоящем времени, в пограничном состоянии дня и ночи. Светлый проблеск упавшей кометы озаряет небо, развеивая сновидения, приводя, тем самым, в баланс все составляющие Вселенной, остужая песочные замки, нагретые солнечным светом. 

Каждая композиция в альбоме по своей сути уникальна, каждая из них  это будто бы отдельный сюжет, который может привидеться во время шествия к воздыханным ручьям оазиса. Миражи, возникающие перед глазами, пылают обилием невероятных оттенков и красок. Они появляются из мысленных образов, созданных сказочными историями, рассказанных когда-то в этих глухих краях странствующим дервишем. Магические сказания заставляют паломника остановиться и прислушаться к собственному дыханию, к сбивающемуся стуку сердца. Начинает чудиться, что земля словно уходит из-под ног, разворачивая перед удивленным взглядом громыхающие подземелья, в которых обитают ненасытные гарпии. Оглушающий треск земной коры звучит так, что любой внутренний глас или любое возражение утопают в сокрушительном лязге. 

Все возвращается на свои места тогда, когда тот самый светлый проблеск происходит в понимании, среди кромешного мрака, когда повсюду разносится музыка, смешанная с буро-оранжевым окрасом дюнов и уносимая уходящими вдаль караванами...

пятница, 10 мая 2013 г.

Creation VI / Nemertis split



Creation VI / Nemertis split, 2012

Macrobiosis, holding on the tips of minimal segments, comes through layers of dreams, nightmares and then, in order to draw in details mold pattern of visible vigil, gifts volume and size to that space, which was born in the pacific age's phase. One world is combined between inverted poles of sandglass, that rolls life's ways into compass - in the only one point of location, where oceans seem to be not just unending, but skyline-lack. The view, which is father any horizon, can go for a tour across territories and countries, investigating full diversity of inner sounds  a treasure of the settlements, buried under daylight veils. It's arriving without traveling, when the great experience of communication and original interaction with native planet begins in your own mind, your own soul, not somewhere abroad. All secrets, clues and answers are near of us, and nothing can be the one frame or the one standpoint identified.

Such curious discovery of backstage, of over curtain process was presented by two music projects, Creation VI (Ukraine) and Nemertris (Belarus), in compositions, that are predominantly based on recordings of guitar. Reverence to surrounding and microscopic motions makes this music naturalistic  like some entomologist explores flapping insect. Distorted noises and melodies can map hypodermic sensations  kind of fear to dance  "chorophobia" in the track list. Here is a feeling, if as a chair could move its clumsy limbs. Consciousness images pulses, that merger with frontage and dispart into fragments of reality, which paint false mirror with its wiredrawn caricatures. 

This music speaks in Wonderlandish. There's neither laws of gravity nor linguistics  only clear contemplation and fresh air. Graceful nature floats numbers of elements, in all. But the combinations can be infinite, reservoirs are always revolving and cyclic. Playing, that is flavored by fantasies and whispering of fancy muses, routes to region of mute, to naked masquerade.

Extraordinary talking with otherworldly beings is changing weather and climates every moment. The truth of what happening is puzzled... And each new question turns into rhetorical one, slowly falling down with color leaves of back end...

read this review in russian
listen at vk.com
bandcamp
download

вторник, 7 мая 2013 г.

Tam Po-shek — Bamboo Zen



Tam Po Shek — Bamboo Zen
譚寶碩 — 簫中禪
HUGO, VeryCD, 2005

Night is a very special term, it's a stage of color overflows, a metamorphosis of twilight. Dreamy elves wake up for their forest games, every undercover duty feels this time. Now each sound should be careful, like soft wing bubbling of night-fly. Arcane orchestra composed of tender soughs, that echoes with lovely songs of flutes and pipes.

Calligrapher and flute virtuoso from China, Tam Po-shek, wants to tell us about this ritual period in his very meditative creation —  Bamboo Zen. The mystery of the night begins to penetrate into lungs with rainy air. Dissolving in breathing and blowing, music circulates high and low, animating shady plants and flowers. Fascinating hazes of existence mix up with sonority of wood sound waves. The moon, which kings waters and rivers, extends her light to the underground founts, granting them silver feature. Warm tones of environment blend the calm winds, performing universal symphony.

Wistful flute warbles like nightingale, that sings in solitude. Profounds of inside reflection vibrate sensitive clouds, dispeling nebula and gloom. Aurora rising signed awaking of life, erasing beginning and the end of time.

понедельник, 6 мая 2013 г.

Japanese Traditional Music — Gagaku

Japanese Traditional Music — Gagaku
King Records, 1990

Ongoing music, that streams like regained spring rill, which achieves every small country, enters in space and connect lands, regions, human souls. Her charms are unpredictable, her power is endless. It's something more, than just languages, that tear such a big world on parts. The great destination of music lurks in the opposite  to spread everywhere, to relate black and white, to be a perineum-area for sky and ground. This highest joining contains in every unobtrusive sound, in holistic silence  music's massage, that can't be quiet or loud. 

Graceful tune patterns illuminate expanse, as if spinning scapes pullulate the Earth. High-pitched lengths seem like a song of flying cranes. Nature of the ancient times starts to appear in thousands of shapes. That all is about Gagaku  unearthly soundings, that came from Japan in the 7th century. It's the oldest classical Japanese music, which presents the first drone. This traditional and very minimal kind of playing was a kind of inspiration for well-known minimalist La Monte Young and his "Trio Fro Strings", 1958. 

Elevated melodies of Gagaku linger slow and really imposing. I can suppose, that every philharmonic "sweet tooth" appreciate such a delightful and stretchy nougat. Delicious... is the only word, that can be flown out of whispering lips. Spellbinding tappings of percussion immerse ambiance in fairy tale, which is filled by phantom entities. Their celestial movements create poetic reality, where all things are involved in magic flight and subtle dance. Just imagine this air journey, ethereal interplay. In this case, music is the best.